Японские стихи о женщине

(Бусон)

После трудового дня, я обычно вечерами сижу на берегу пруда, недалеко от мостика, перекинутого с одного берега на другой. Любуюсь луной. В природе все гармонично, даже голоса лягушек создают неземное, возвышенное настроение. Как вдруг, вижу, как по мостику на другой берег переходит какой-то человек. Лягушки услышали звук его шагов, испугались и замолкли. Очарование ночи пропало. Как жаль.

橋渡る	Hashi wataru	От переходящего мост
人に静まる	Hito ni shizumaru	Человека умолкает
蛙かな	Kawazu каnа	Лягушка, как жаль.

わたる【渡る】 (ватару) переходить;

ひと【人】 (хйто) человек, люди; しずまる【静まる･鎮まる】

(сидзумару) утихать; успокаиваться; затихать; かわず【蛙】

(кавадзу) лягушка; かな【哉】 (кана)

Хайку в русской культуре

Как правило, в русскоязычной традиции подражания хайку – это юмористические трехстишия, отражающие реальную или вымышленную смешную ситуацию. Большинство трехстиший безымянные или подписанные ником. Мы не будем нарушать традицию, а просто дадим вам возможность насладиться юмором, пусть иногда даже черным! Итак, поехали!

Топ-12 русских веселых хайку:

1

Сакуры белая ветвь

Тихо на землю легла…

Доволен я новой пилой!

2

Бережно грабли кладу

Перед дверью соседа…

Ошибкам учиться хочу!

3

Заснул на рельсах я…

Что нынче уготовит

Судьба злодейка?

4

Смотрю, настроение хорошее,

И искра в глазах появилась…

Снова мозг коротит?

5

Безмятежность такая приятна,

Когда спишь на работе,

А деньги идут и идут…

6

Все, что осталось вчера,

Надо допить сегодня…

Связь времен неразрывна!

7

Велик талант жены самурая –

Единым ударом скалки дарит мужу она

Яркие звезды в ночи…

8

По отдельности каждый из вас –

Ломкий и хрупкий прутик…

И лишь вместе вам быть метлою поганой!

9

Спит сном младенца

Бомж под скамейкой…

Так хорошо без забот!

10

Ранее утро…

Туман над рекой

И в голове!

11

Слово как воробей…

Если оно вылетит,

Как бы не нагадило…

12

То ли уж утро здесь раннее,

То ли уж вечер тут поздний…

Сдвинуло время сакэ…

К слову, японскую культуру вообще и хокку в частности россияне любят и уважают. Больше всех, пожалуй, любит хокку Самара. Дни японской культуры здесь проходят ежегодно, а поисковые системы настойчиво приглашают попробовать роллы из самарского ресторана «Хокку» (не реклама – факт!)

Итак, мы слегка прикоснулись к одному из пластов великой японской культуры хайку. Узнать больше можно из статьи Haiku and the Japanese love of brevity («Хайку и японская любовь к краткости») . Возможно, вам будет полезен справочник по хайку The Haiku Handbook . Данный справочник по хайку – это, по сути, первая книга, которая дает читателям все необходимое, чтобы начать понимать этот жанр, пробовать писать самому, подготовиться к докладу или лекции по этой теме.

В этом новаторском и ставшем уже классическим справочнике авторы представляют поэтов хайку, пишущих на японском, английском, испанском, французском, немецком языках. Представлены четыре великих японских мастера хайку, такие как Мацуо Басе, Еса Бусон, Кобаяси Исса, Масаока Сики, и западные авторы, о которых пока мало известно, но их работы весьма интересны. Это произведения Гэри Снайдера, Джека Керуака и Ричарда Райта.

Из русскоязычных источников можно порекомендовать статью «Как читать и понимать хайку» . И, конечно, сборник стихотворений «Японская поэзия серебряного века» в очень хорошем переводе . Что еще сказать про хокку или хайку? Любите, читайте, наслаждайтесь, и вы получите шанс постичь древнюю восточную мудрость, которая часто дает верные ориентиры в нашей бурной суматошной жизни.

Кстати, именно с этой целью – дать читателю проникнуться смыслом хайку, ни на что не отвлекаясь – аутентичные японские издания часто печатают хайку из расчета одно трехстишие на одну страницу. Возможно, не слишком экономно, зато в таком формате вас ничто не отвлечет от познания смысла! Мы тоже не будем вас долго отвлекать, поэтому просто желаем успехов в творчестве!

Буду ждать тебя у сосны

Начиная с самых ранних времен японские стихотворцы охотно использовали омонимию в своих произведениях — в шутку и всерьез. Так, matsu может быть глаголом «ждать» и существительным «сосна», и основанная на таком фонетическом совпадении словесная игра часто встречается в классической поэзии. Упоминая в своих стихах это дерево, их авторы практически всегда вводили в произведение тему ожидания встречи. Вот короткая песня из старейшей поэтической антологии «Манъёсю» (VII–VIII века) в переводе Анны Глускиной, где используется такой прием:

Японская поэтесса использовала слово matsu один раз, но в обоих упомянутых значениях одновременно, а русской переводчице для передачи смысла, заключенного в нем, потребовалось две строки.

В очень похожей песне из того же сборника девушке о возлюбленном напоминает сосна, которую они по традиции посадили вместе:

Хайку

Хайку (яп. 俳句) – жанр традиционной японской поэзии, строящийся по формуле 5-7-5 и состоящий из 3 строк и 17 слогов. Он достиг своего расцвета в период Эдо (1603 – 1868 гг.). Самыми знаменитыми поэтами, творившими в жанре хайку, являются Мацуо Басё, Кобаяси Исса и Ёса Бусон.

かれ朶に 烏の とまりけり 秋の暮

Kare-eda ni Karasu no tomarikeri Aki no kure

На голой ветке Ворон сидит одиноко. Осенний вечер.

かれ朶 – kare-eda – голая ветвь

秋の暮 – aki no kure – осенний вечер

Считается, что строка «осенний вечер» — отсылка к фразе из произведения Сэй-Сёнагон «Записки у изголовья»: «Осенью – сумерки». Описание этого времени суток является одним из самых любимых мотивов японской поэзии. Герой стихотворения любуется осенним вечером, чувствует теплую грусть, которая лежит в основе поэтического принципа «печального очарования вещей» (моно-но аварэ).

露の世は 露の世ながら さりながら

Tsuyu no yo wa Tsuyu no yo nagara Sari nagara

Наша жизнь — росинка. Пусть лишь капелька росы Наша жизнь — и все же…

露の世 – tsuyu no yo – жизнь-росинка

Стихотворение написано поэтом в память о скончавшейся маленькой дочери. Мотив «жизни, похожей на росинку» красной нитью пронизывает японскую поэзию и символизирует быстротечность и бренность жизни.

牡丹散りて 打かさなりぬ ニ三片

Botan chirite Uchi kasanarinu Ni san pen

Два или три лепестка Друг на друга упали… Облетает пион.

打かさなりぬ – uchi kasanarinu – облетать неслышно

Стихотворение описывает неспешно увядающий бутон пиона. Тихо облетают его лепестки, медленно умирает прекрасный, недавно наполненный жизнью цветок. К слову, пион – это летнее растение, поэтому, скорее всего, хокку посвящено концу лета и скорому переходу к осени. В нем чувствуется бренность человеческой жизни, прослеживается принцип «печального очарования вещей».

春雨や ものがたりゆく 蓑と傘

Harusame ya Monogatari yuku Mino to kasa

Льет весенний дождь! По пути беседуют Зонтик и мино.

蓑 – mino – традиционный японский соломенный плащ мино, служивший защитой от дождя

傘 – kasa – зонтик

Двое идут по дороге. Один укрывается от дождя зонтиком, другой – плащом. Неизвестно, кто эти люди – мужчина или женщина, две женщины или двое мужчин; также неизвестен их статус. Стихотворение создает сцену в духе укиё-э, изолированную и двусмысленную картину, которую не удастся разгадать до конца. В ней есть что-то теплое, по-настоящему весеннее.

Стих, написанный японским поэтом, лучше читать на японском языке, если знания вам позволяют. Перевод может сохранить лишь один из оттенков смысла, лежащий на поверхности, в то время как японская поэзия многозначна. Помимо этого, для ее качественного чтения необходимы начальные знания о культуре и литературе, потому что в ней много отсылок к фольклору, другим произведениям, традиционным образам. Читайте больше стихов на японском языке, пусть и с переводом, и постепенно вы начнете различать слова-символы, находить в них «макура-котоба» (сродни постоянным эпитетам), видеть связи и общие мотивы. Японская поэзия требует усидчивости и вдумчивости, она открывается лишь тем, кто готов обнажить перед ней свое сердце.

Стихи на японском языке помогут познакомиться с японской культурой. В этой статье представлены стихи на японском с транскрипцией и переводом, словами-символами.

Популярные стихи о любви

Жди меня, и я вернусь
Я помню, любимая, помню
История про Кошку и ее Человека
Любимому.
Я могу тебя очень ждать,
Ведьмы умеют плакать
Не встречайтесь с первою любовью,…
Мне нравится, что вы больны не мной
Ты меня не любишь, не жалеешь
БАЛЛАДА О ПРОКУРЕННОМ ВАГОНЕ
Я помню чудное мгновенье…
Слово о любви
Обидная любовь
Ты далеко сегодня от меня
А ты думал — я тоже такая…
Я запомню тебя, чтоб найти через сотн…
Ты — рядом, и все прекрасно
Улыбаюсь, а сердце плачет
Двадцать первое. Ночь. Понедельник.
Я вас любил: любовь еще, быть может
Ну, целуй меня, целуй
Отдать тебе любовь?
ПРОСТО
Междугородний разговор
Скажешь мне «да»?
Сатана
Сжала руки под тёмной вуалью…Ты для меня так много значишьВчера еще …Я тебя никому не отдам.Очима ти сказав мені люблю
Я не могу без тебя жить!
Мне большего не надо…Про Город и его КошкуК*
Два сердцапрощаниеБьешь по стеклу обнаженной рукой…Простишь ли мне ревнивые мечты…Любовь — она бывает разнойПускай ты выпита другимЯ ведь писал те строки не о васОднаСказка о Снежной Королеве
Полный список стихотворений

Генеалогическое древо японской поэзии

Приведенные выше образцы лирики относятся к поэзии вака, которая многие века считалась стандартом стихосложения. Традиция хайку (или «хокку», как ее часто называют в России) зародилась позже и обрела окончательные черты примерно к XVI столетию, тогда как расцвет танка пришелся на период Хэйан (VII–XII века). Однако, хотя эти формы разделяют целые эпохи, их роднит еще один японский стихотворный жанр, связанный с ними обеими, — цепочки рэнга.

Последние чем-то напоминают фристайл-рэп-баттл: один поэт сочиняет трехстишие или берет известные литературные строки (хокку) в формате 5-7-5 слогов, к которым второй должен придумать завершающее двустишие (агэку) по схеме 7-7. Все вместе они образуют уже знакомые нам пять строк танка. Затем первый участник состязания добавляет к предыдущим двум строкам свои три, сочиняя танка-перевертыш, после чего его коллега заканчивает произведение новым двустишием, превращая своей строфой предшествующие три строки в новое танка.

Однако, несмотря на кажущуюся сложность правил и строгость формы, жанр рэнга возник как литературное хулиганство. Вот пример очень эпатажного двустишия из такой цепочки, которое начинается вполне невинно и даже художественно:

Поэт пытается явить образ гор, вершины которых от зрителя далеко, поэтому они выглядят более светлыми, а темные подножия окутаны туманом и своим видом напоминают промокший подол платья. Но в следующих строках автор оригинально объясняет эту метафору:

То весна пришла —И вот богиня СаоМочится стоя.

Из таких, поначалу грубовато-юмористических трехстиший, сочиненных по схеме 5-7-5, и вырос целый жанр поэзии, который в XX веке захватит весь мир, подкупая своей скромной красотой и философским настроем.

Танка

Танка (яп. 短歌 – «короткая песня») – это японская стихотворная форма, состоящая из 5 строк и 31 слога. Строится по формуле 5-7-5-7-7, где цифры – это количество слогов в строке. В древности японцы использовали танка не только для выражения поэтического настроения, но и для общения в повседневной жизни – в них высказывали упреки и надежды, признавались в любви и назначали свидания. Лучшие образцы этого жанра собраны в таких антологиях, как «Манъёсю» («Собрание мириад листьев»), «Кокинвакасю» («Собрание старых и новых песен Японии») и «Синкокинвакасю» («Новое собрание старых и новых песен Японии»).

ちはやぶる 神代も聞かず 竜田川 からくれなゐに 水くくるとは

Chihayaburu Kami-yo mo kikazu Tatsuta-gawa Kara-kurenai ni Mizu kukuru to wa

Век могучих богов Не слыхал о подобном деянье. Реку Тацута Опутали тысячью нитей, Окунули в дивный багрянец!

からくれなゐ – 唐紅– karakurenai – багрянец

Это одно из слов, описывающих алую листву. Река Тацута, находящаяся в современной префектуре Нара, с древности была известна в качестве прекрасного места для любования осенними пейзажами. Можно найти еще одну отсылку – к образу принцессы Тацута, богини осени, ткущей парчу из багряных листьев. Стихотворение воспевает местные красоты.

あしびきの 山鳥の尾の しだり尾の ながながし夜を ひとりかも寝む

Ashibiki no Yamadori no o no Shidari o no Naganagashi yo o Hitori kamo nemu

В глухих далёких горах Фазан длиннохвостый дремлет. Долог хвост у фазана. Эту долгую-долгую ночь Ужели мне спать одному?

山鳥 – yamadori – японский фазан

Согласно японскому фольклору, горные фазаны спят поодиночке, на разных склонах горы. Поэт Какиномото-но Хитомаро сравнивает себя с этими птицами, говоря о том, что эту ночь, возможно, ему тоже придется провести в одиночестве.

鵲の 渡せる橋に 置く霜の 白きを見れば 夜ぞ更けにける

Kasasagi no Wataseru hashi ni Oku shimo no Shiroki o mireba Yo zo fuke ni keru

Сороки в небе Летучий мост навели Для заветной встречи: белый искрится иней. Так, значит, глубокая ночь?

鵲 – kasasagi – сорока

橋 – hashi – мост

В сочетании эти два слова представляют отсылку к японскому празднику Танабата, который отмечается седьмого июля. С ним связана легенда о Ткачихе и Волопасе, символизирующими звезды Вега и Альтаир: только раз в году в именно в этот день Ткачиха может перейти по сорочьему мосту через Небесную реку (Млечный Путь) и встретиться со своим возлюбленным.

Несмотря на отсылку к этой легенде, стихотворение рассказывает вовсе не о встрече, а о разлуке. Об этом говорят такие образы, как иней на мосту, глубокая и холодная ночь.

有明の つれなく見えし 別れより 暁ばかり 憂きものはなし

Ariake no Tsurenaku mieshi Wakare yori Akatsuki bakari Uki mo no hanashi

Расстались на заре, И лунный лик холодным Показался. С этих пор Нет для меня печальнее — Рассвета…

有明 – ariake – время на рассвете, когда все еще видна луна

В этом стихотворении нет четкого слова-символа, однако для японской поэзии типично сравнивать лунный лик с ликом возлюбленной или возлюбленного. Можно сказать, что чувства любимой героя стихотворения охладели, поэтому они больше не видятся.

Японские хокку Мацуо Басё

Самым известным поэтом, который создавал японские хокку, считается Мацуо Басё. Он родился 1644 году и уже с детства увлекался стихами китайских поэтов, позже он стал учителем поэзии. Будучи дзен-буддистом, Басё вложил в свои стихи все, что характерно для этого учения:

• спокойствие,
• свободу (освобождение разума),
• безмятежность,
• выражение того, что не поддается точному описанию.

Основные темы хайку Басё – это одиночество, бедность, красота, внутренние переживания окружающей действительности. Одними из самых известных трехстиший этого поэта являются такие:

Из первого хокку становится понятно, как поэт внимателен к деталям того, что происходит вокруг, но созерцание в принципе характерно для дзен-буддистов. Чтобы заметить такие вещи, необходимо одновременно находиться в состоянии полной расслабленности и при этом быть максимально сосредоточенным.

Второе трехстишье указывает на внутренние переживания одиночества поэта. Поскольку для японской поэзии не характерно такое понятие, как лирический герой, то можно говорить о том, что Басё сам переживает все эти эмоции.

Если бы третье хокку было написано европейским поэтом, то это было бы больше похоже на жалобу. Однако Басё выражает, скорее, иронию по отношению к тяжелым обстоятельствам, в которые он попал.

Как ирис превратился в лилию

Изящнейший пример использования омонимии можно найти в сборнике новелл «Исэ моногатари», ставшем эталоном изысканной литературы. Он состоит из небольших рассказов, в каждом из которых присутствует танка. На первый взгляд эти пятистишия представляют собой разрозненные эпизоды, но при глубинном изучении выясняется, что перед нами истории из жизни безымянного «кавалера» — придворного аристократа и поэта. В одной из новелл герой вместе с несколькими друзьями отправляется в дорогу и останавливается в заболоченном местечке Яцухаси в провинции Микава, чтобы подкрепиться сушеным рисом.

Онлайн чтение книги Из японской поэзии Из японской поэзии

Александр Долин. Мир в капле дождя

В первой половине прошлого столетия Япония пережила свой Серебряный век, который дал миру плеяду блестящих мастеров как старых, так и новых поэтических жанров. Их творчество, почитаемое на родине наравне с бессмертной классикой Средневековья, давно вошло в сокровищницу японской культуры, но лишь сегодня начинает приоткрываться Западу.

В основе поэтики танка и хайку лежит стремление к конденсации образного мышления. Ее символ — мир, отраженный в капле, а точнее — в мириадах похожих друг на друга капель воды. Для японского поэта, унаследовавшего классическую традицию, на передний план выступает рефлективная сторона творчества — осмысление извечных законов природы. Дзэн-буддизм, адаптировавший буддийскую метафизику к земной реальности и нуждам изящных искусств, придал окончательную форму концепции Бытия художника во Вселенной. Все предшествующие поколения художников и поэтов, причастные к той же духовной традиции, стремились к постижению единого Пути в мириадах частных проявлений. Каждое произведение искусства — стихотворение, картина или абстрактная композиция из камней в саду — является очередной попыткой постижения Пути.

Несказанное, непрорисованное содержит отсылку к несказанному, к универсальной красоте, мудрости и гармонии вселенной — ко всему тому, что индивидуальное сознание, индивидуальное художественное дарование охватить не властно. Выявление сущности мира сводится к его познанию через посредство специфического художественного кода. Чем точнее передано то или иное действие, состояние, выражение при помощи минимального количества средств, чем явственнее присутствие в данном произведении Вечности и Бесконечности, тем совершеннее образ. Так возникает поэтика суггестивности, нашедшая оптимальное выражение в танка и хайку.

Символика «зеркальности духа-разума», «духа как водной глади» присуща всем видам дзэнских искусств, и в новых танка и хайку XX века, освобожденных от бремени канонических ограничений, поэтика, тем не менее, строится по-прежнему на отражении «великого в малом». Высший смысл бытия, заключенный в обыденных предметах, универсальных чувствах и своеобразных индивидуальных эмоциональных откликах, определяет характерные особенности как обновленных танка, так и хайку. Не случайно великий реформатор традиционной лирики Масаока Сики считал танка и хайку двумя стволами поэзии, растущими из единого корня.

Существование поэтики намека и обертона было возможно только в стране, где уровень культуры позволял рассчитывать на всеобщее знание классического наследия, где коллективная «историческая память» народа подкреплялась разветвленными литературными и художественными реминисценциями из поколения в поколение. Новое в японской культурной традиции не отрицало старого, не перечеркивало его, но видоизменяло, дополняло и совершенствовало, наполняя порой иным социальным содержанием, приспосабливая к нуждам иного сословия, иной эпохи.

Реформа танка и хайку в начале XX века была насущной необходимостью, и никто из поэтов-традиционалистов Нового времени не остался в стороне от процесса преодоления классического канона. Многие пытались предложить свой канон взамен старого. Иные призывали снять все возможные ограничения, перейти с древнеклассического языка на разговорный и писать как пишется, не заглядывая в поэтики. Вместе с тем традиционные жанры не утратили своих лучших качеств, продолжая служить изощренным инструментом самопознания и постижения красоты природы.

На фоне активно развивающейся культуры, впитывающей всевозможные западные влияния, с ее постоянно меняющимися школами и течениями, отрицанием предшественников и утверждением новых западных кумиров, танка и хайку даже в весьма модернизированном виде предстают миллионам читателей целительным родником национальной традиции.

Впрочем немногим меньше и число любителей новой поэзии, возникшей лишь на рубеже XX века. За несколько десятилетий поэты современных форм гэндайси, восприняв лучшие достижения западной литературы, прошли долгий путь, на который европейской поэзии понадобились столетия. От поэтики романтизма и символизма одни, создавая разнообразные школы, перешли к авангардным экспериментам, другие устремились в область гуманистической лирики реалистического направления. Сегодня гэндайси успешно конкурируют с танка и хайку, пополнив золотой фонд японской классики и органично вписываясь в контекст мировой поэзии модернизма.

История танка и примеры

Истоки танка — в народных преданиях и устной поэзии эпохи родового строя. В настоящее время танка культивируется как основная форма японской национальной поэзии. В XIII-XIV веках существовал сатирический жанр — ракусю, а в более поздние времена — юмористическая поэзия кёка (в буквальном переводе «безумные стихи»), которые также используют строфу танка, то есть 5-7-5-7-7.

Поэт Цураюки (IX — начало X века) даёт определение танка, как поэзии «корни которой — в человеческом сердце»

Танка не имеет рифм. Техника этой формы поэзии основана на сочетании пяти- и семисложных стихов с двумя семисложными заключительными стихами:

奥山に 紅葉踏みわけ 鳴く鹿の 声きく時ぞ 秋は悲しき

Окуяма-нимомидзи фумивакэнаку-сика-нокоэ кику токи дзоаки-ва канасики

В глубине в горах топчет красный клёна лист стонущий олень слышу плач его… во мне вся осенняя печаль

(Танка поэта Сарумару-даю)

Составленное по этой форме стихотворение может содержать до 50 или 100 строчек, и в этом случае оно называется тёка (яп. 長歌 тё:ка

, «длинная песня»), или нагаута (яп. 長歌нагаута ), однако большинство японских танка состоит из пяти строк по схеме — 5-7-5-7-7, что в общей сложности составляет 31 слог.

Во всём мире широко известны японские трёхстишия хайку (или хокку) и пятистишия танка. Эпитафией крупнейшего японского поэта нашего века Исикавы Такубоку стала его самая известная танка:

На рубеже XIX—XX веков появилось несколько поэтических циклов в жанрах японской лирики: «Подражание японскому»

Вячеслава Иванова,«Японские танки и хай-кай» Валерия Брюсова,«Пять танок» Андрея Белого,«Лепестки Сакуры» Венедикта Марта.

Восточные поэты о красоте женщины

Ракитина Александра

18.03.201823:24

Когда речь заходит о восточной поэзии, на ум всегда приходят в первую очередь рубаи Омара Хайяма и японские хокку. Но кладезь восточной поэзии неисчерпаем. На Востоке всегда знали и ценили красоту слова.  «Слог восточный был для меня образцом…»  писал в свое время А. С. Пушкин. Как и Александр Сергеевич, много и плодотворно писали восточные поэты о красоте женщины.
Индийская, персидская, китайская поэзии прекрасны и восхитительны, но творческой основой замысловатой вязи восточной поэзии была мудрая и многогранная японская поэзия. В течение 12 столетий формировались два наиболее известных жанра японской поэзии – трехстишия хокку и пятистишия танка. В традиции японской лирической поэзии не принято выражать чувства открыто, они передаются посредством образов живой природы. Так же не принято восхищаться внешней красотой женщины – здесь тоже в ход идут образы бабочки, цветка, драгоценного камня.Вечерним вьюнком Я в плен захвачен… Недвижно Стою в забытьи. И осенью хочется жить Этой бабочке: пьет торопливо С хризантемы росу.О нет, готовых Я для тебя сравнений не найду, Трехдневный месяц!О, сколько их на полях! Но каждый цветет по-своему — В этом высший подвиг цветка!БасёПо дороге, где иду На склонах гор, Тихо-тихо шелестит бамбук… Но в разлуке с милою женой Тяжело на сердце у меня…Яшмовых одежд затихнул шорох, О, какой тоскою полон я, Не сказав любимой, Что осталась дома, Ласкового слова, уходя…Какиномо ХитомароХотя в этот вечер Я в гости не жду никого, Но дрогнуло в сердце, Когда всколыхнулась под ветром Бамбуковая занавеска. Одзава РоанВидели все на свете Мои глаза — и вернулись К вам, белые хризантемы. Иссё
Классическая санскритская поэзия предназначалась для декламации на придворных поэтических турнирах, она ориентировалась на узкий круг ценителей и любителей виртуозных словесностей, подчинялась строгим литературным канонам . Ее основные жанры – любовь, природа, панегирик, басня, сказка. Один из основополагающих моментов – магия слова («дхвани»)В прическу воткнутый жасмин, И нега уст полуоткрытых, И тело, что умащено Сандалом, смешанным с шафраном, И нежный хмель ее груди — Вот рай с усладами своими! Все прочее — такая малость…? Зачем нам величать лицо — луной, Иль парой синих лотосов — глаза, Иль золота крупинками — частицы, Из коих состоит живая плоть? Лишь истину презревшие глупцы, Поверив лживым бредням стихотворцев, Телам прекрасных служат, состоящим Из гладкой кожи, мяса и костей. Чем красавицы взор, уязви меня лучше змея — Проворная, зыбкая, в переливно-сверкающих Упругих извивах, с глянцевитою кожей Цвета синего лотоса. От укуса змеиного Добрый целитель излечит, Но травы и мантры бессильны Против молнии дивных очей!БхартрихариТы нежен, цветок аниччама, не спорю, но много  Нежнее любимая мной недотрога.Сверкает, как жемчуг, улыбка желанной — и схожа С бамбуком ее золотистая кожа. Смущаются лилии, перед желанной склоняясь: «Глаза у нее затмевают и нас». Любимая носит цветы с неотрезанным стеблем, И стан ее ношей цветочной колеблем. Не в силах желанной моей отличить от луны, Растерянно звезды глядят с вышины.Тирукурал
Вот мы подобрались и к персидской поэзии с ее сияющей через столетия звездой, удивительным явлением в истории культуры не только народов Средней Азии, но и всего мира – Омаром Хайямом. Человек, известный большинству как автор лаконичных, но изящных в своей простоте, покоряющих образностью и емкостью рубаи, внес немалый вклад в развитие физики, математики, астрономии, его открытия переведены на многие языки. Но нам сейчас интересны его стихи о красоте женщиныШиповник алый нежен? Ты — нежней. Китайский идол пышен? Ты — пышней. Слаб шахматный король пред королевой? Но я, глупец, перед тобой слабей! Утром лица тюльпанов покрыты росой, И фиалки, намокнув, не блещут красой. Мне по сердцу еще не расцветшая роза,Чуть заметно подол приподнявшая свой.Кумир мой, вылепил тебя таким гончар, Что пред табой луна стыдиться чар. Другие к празднику себя пусть украшают. Ты-праздник украшать собой имеешь дар.К сиянию луны, красавицы ночной, Добавлю я тепло, даримое свечой, Сверканье сахара, осанку кипариса, Журчание ручья… И выйдет облик твой.Многих женщин в парчу, жемчуга одевал, Но не мог я найти среди них идеал. Я спросил мудреца: — Что же есть совершенство? — Та, что рядом с тобою! — Он мне сказал. Омар Хайям

Просмотров:29645

Пожаловаться на пост

Вы не можете голосовать здесь

Вы находитесь в черном списке, поэтому не можете голосовать в этом клубе

8

Ёса Бусон

В первой половине 18 века хайку переживает кризис. И символом выхода из этого кризиса является поэзия Ёса Бусона, последователя Басё. Для творчества этого поэта характерна романтичность и утонченность. Бусон проповедовал принцип удаления от вульгарности и призывал к простоте. Как и другие поэты хайку, Бусон не пишет стихов в отрыве от реальности. Все, что можно встретить в его стихах, – результат переживаний поэта.

Поскольку Бусон также был и художником (среди современников он был известен именно в этом качестве), то в его стихах можно найти много описательного:

Все, что описано в этих хокку, можно легко нарисовать. Это одна из особенностей стихов Бусона.