Русские смешные хокку

Генеалогическое древо японской поэзии

Приведенные выше образцы лирики относятся к поэзии вака, которая многие века считалась стандартом стихосложения. Традиция хайку (или «хокку», как ее часто называют в России) зародилась позже и обрела окончательные черты примерно к XVI столетию, тогда как расцвет танка пришелся на период Хэйан (VII–XII века). Однако, хотя эти формы разделяют целые эпохи, их роднит еще один японский стихотворный жанр, связанный с ними обеими, — цепочки рэнга.

Последние чем-то напоминают фристайл-рэп-баттл: один поэт сочиняет трехстишие или берет известные литературные строки (хокку) в формате 5-7-5 слогов, к которым второй должен придумать завершающее двустишие (агэку) по схеме 7-7. Все вместе они образуют уже знакомые нам пять строк танка. Затем первый участник состязания добавляет к предыдущим двум строкам свои три, сочиняя танка-перевертыш, после чего его коллега заканчивает произведение новым двустишием, превращая своей строфой предшествующие три строки в новое танка.

Однако, несмотря на кажущуюся сложность правил и строгость формы, жанр рэнга возник как литературное хулиганство. Вот пример очень эпатажного двустишия из такой цепочки, которое начинается вполне невинно и даже художественно:

Поэт пытается явить образ гор, вершины которых от зрителя далеко, поэтому они выглядят более светлыми, а темные подножия окутаны туманом и своим видом напоминают промокший подол платья. Но в следующих строках автор оригинально объясняет эту метафору:

То весна пришла —И вот богиня СаоМочится стоя.

Из таких, поначалу грубовато-юмористических трехстиший, сочиненных по схеме 5-7-5, и вырос целый жанр поэзии, который в XX веке захватит весь мир, подкупая своей скромной красотой и философским настроем.

Всегда ли есть в японских трехстишиях скрытый смысл?

Рассматривая различные примеры хокку, можно увидеть всю простоту этих трехстиший. Во многих из них отсутствует скрытый смысл. Они описывают обычные явления природы, воспринимаемые поэтом. В следующем примере хокку на русском, автором которого является известный японский поэт Мацуо Басе, описывается картина природы:

На мертвой ветке Чернеет ворон. Осенний вечер.

Этим хокку отличаются от западной поэтической традиции. Во многих из них нет никакого скрытого смысла, они отражают собой истинные принципы дзэн-буддизма. На Западе принято всякую вещь наполнять скрытой символикой. В следующем примере хокку о природе, также написанным Басе, этого смысла не найти:

Иду по тропинке на гору. О! Как чудесно! Фиалка!

Хайку в русской культуре

Как правило, в русскоязычной традиции подражания хайку – это юмористические трехстишия, отражающие реальную или вымышленную смешную ситуацию. Большинство трехстиший безымянные или подписанные ником. Мы не будем нарушать традицию, а просто дадим вам возможность насладиться юмором, пусть иногда даже черным! Итак, поехали!

Топ-12 русских веселых хайку:

1

Сакуры белая ветвь

Тихо на землю легла…

Доволен я новой пилой!

2

Бережно грабли кладу

Перед дверью соседа…

Ошибкам учиться хочу!

3

Заснул на рельсах я…

Что нынче уготовит

Судьба злодейка?

4

Смотрю, настроение хорошее,

И искра в глазах появилась…

Снова мозг коротит?

5

Безмятежность такая приятна,

Когда спишь на работе,

А деньги идут и идут…

6

Все, что осталось вчера,

Надо допить сегодня…

Связь времен неразрывна!

7

Велик талант жены самурая –

Единым ударом скалки дарит мужу она

Яркие звезды в ночи…

8

По отдельности каждый из вас –

Ломкий и хрупкий прутик…

И лишь вместе вам быть метлою поганой!

9

Спит сном младенца

Бомж под скамейкой…

Так хорошо без забот!

10

Ранее утро…

Туман над рекой

И в голове!

11

Слово как воробей…

Если оно вылетит,

Как бы не нагадило…

12

То ли уж утро здесь раннее,

То ли уж вечер тут поздний…

Сдвинуло время сакэ…

К слову, японскую культуру вообще и хокку в частности россияне любят и уважают. Больше всех, пожалуй, любит хокку Самара. Дни японской культуры здесь проходят ежегодно, а поисковые системы настойчиво приглашают попробовать роллы из самарского ресторана «Хокку» (не реклама – факт!)

Итак, мы слегка прикоснулись к одному из пластов великой японской культуры хайку. Узнать больше можно из статьи Haiku and the Japanese love of brevity («Хайку и японская любовь к краткости») . Возможно, вам будет полезен справочник по хайку The Haiku Handbook . Данный справочник по хайку – это, по сути, первая книга, которая дает читателям все необходимое, чтобы начать понимать этот жанр, пробовать писать самому, подготовиться к докладу или лекции по этой теме.

В этом новаторском и ставшем уже классическим справочнике авторы представляют поэтов хайку, пишущих на японском, английском, испанском, французском, немецком языках. Представлены четыре великих японских мастера хайку, такие как Мацуо Басе, Еса Бусон, Кобаяси Исса, Масаока Сики, и западные авторы, о которых пока мало известно, но их работы весьма интересны. Это произведения Гэри Снайдера, Джека Керуака и Ричарда Райта.

Из русскоязычных источников можно порекомендовать статью «Как читать и понимать хайку» . И, конечно, сборник стихотворений «Японская поэзия серебряного века» в очень хорошем переводе . Что еще сказать про хокку или хайку? Любите, читайте, наслаждайтесь, и вы получите шанс постичь древнюю восточную мудрость, которая часто дает верные ориентиры в нашей бурной суматошной жизни.

Кстати, именно с этой целью – дать читателю проникнуться смыслом хайку, ни на что не отвлекаясь – аутентичные японские издания часто печатают хайку из расчета одно трехстишие на одну страницу. Возможно, не слишком экономно, зато в таком формате вас ничто не отвлечет от познания смысла! Мы тоже не будем вас долго отвлекать, поэтому просто желаем успехов в творчестве!

Сны о страшной России

Естественно, что подобные фонетические закономерности существенно сокращают количество возможных фонетических комбинаций, поскольку скопления согласных в таком случае исключены. Поэтому японский язык чрезвычайно омонимичен, то есть изобилует одинаково звучащими словами с разными значениями. Есть такие и в русском: одну косу заплетает румяная крестьянка, вторую со стены снимает ее муж и отправляется за сеном, а третью намыло в реке из песка. Ключ может бить из земли — и открывать замок.

Скорее всего, именно высокий уровень омонимии в языке (и без того насыщающий текст разными смыслами) привел к тому, что японская поэзия не тяготеет к рифмам: как видно на примере приведенного выше мема про злую вайфу с ножом, можно с легкостью собрать созвучные строчки из одних только заимствованных слов. Однако, фактически исключая из поэтического инструментария рифму как художественное средство, омонимия открывает огромное пространство для игры со словами и смыслами, делает возможными ассоциативные цепочки, которые не получится с таким же изяществом выстроить в других языках.

Подобный прием можно увидеть в смешном неологизме kotatsumuri, составленном из двух слов: «котацу» и katatsumuri — «улитка». В Японии практически нигде нет центрального отопления, поэтому зимой столбик термометра в квартирах может опускаться довольно низко. А чтобы согреться в холода, местные жители традиционно используют котацу — небольшие столики, накрытые толстым одеялом, под которыми стоит обогреватель.

Слова-символы в японской поэзии

Японская поэзия являет мир скрытый, недоступный поверхностному взгляду. Она состоит из полутонов чувств, намеков и сравнений. За каждой строчкой кроется еще одно, истинное значение, и каждое слово совсем неслучайно. Японская поэзия – это поэзия внутренних переживаний, все события в ней описаны через призму ощущений и настроений автора. Она запечатлевает мимолетные эмоции и делает их смыслом целого стихотворения. Чтобы понять японскую поэзию, нужно настроиться на одну волну с автором, посмотреть туда, куда смотрел он в момент создания произведения, разделить его чувства. Традиционная поэзия Страны восходящего солнца ценится не только в самой Японии, но и за рубежом, признается одним из великих достояний мировой литературы.

Как проникнуть внутрь японского стихотворения, как обнаружить этот потайной смысл, скрытый в нескольких строках? Помимо того, что любую поэзию нужно прочувствовать душой, необходимо также научиться находить в многих произведениях нечто общее, связывающее их. Для классической японской поэзии, в отличие, например, от русской, нехарактерно прямое представление философских идей и категорий, они отражаются через описание природы и ее явлений, будь то деревья, солнце, снег, шелест трав и пение цикад. Таким словам отводится особая роль – они являются ключом к настроению стихотворения. Нередко схожий смысл передается одними и теми же выражениями, своеобразными словами-символами в японской поэзии. Они встречаются во многих произведениях и у опытных читателей стойко ассоциируются с определенными образами.

Танка и хайку – два самых известных жанра – являются, пожалуй, самыми наглядными примерами использования слов-символов

В этой статье вы найдете стихи на японском языке с транскрипцией и переводом, ключевые слова, на которые стоит обратить внимание, и краткие комментарии к каждому произведению. Если вам интересно узнать немного больше о японской поэзии как явлении, советуем почитать статью Японская поэзия

Литературные особенности хайку

Так что же такого замечательного, помимо интуитивной необычности, таит в себе этот жанр? Японские стихи хокку или, как иногда говорят в просторечии, хокка строятся по определенным законам. Подразумевается, что в традиционном трехстишии должно быть 17 слогов. Когда хайку переводят на русский язык, количество слогов в каждой строчке трехстишия распределяется в соотношении «5:7:5». Другими словами, в первой строчке обычно 5 слогов, во второй 7 слогов и в третьей тоже 5.

Отличительной особенностью стиля является обязательное наличие кирэдзи, так называемого «режущего слова», которое «разрезает» трехстишие на 5-м или 12-м слоге. Гитаристы легко запомнят эту закономерность: зажатая на 5-м ладу струна повторяет ноту открытой струны, расположенной уровнем ниже, а на 12-м ладу звучит та же нота, что на открытой струне, но октавой выше. Все остальные могут пройти наш курс «Мнемотехники» и наработать свои собственные методы легкого и быстрого запоминания любой информации.

Возвращаясь к стихам, обратим ваше внимание, что расположение кирэдзи на 5-м или 12-м слоге делает логическую паузу в трехстишие либо в конце первой строчки, либо в конце второй. Оба варианта распространены примерно одинаково

Как мы могли видеть выше, Мацуо Басе в своем судьбоносном для жанра хокку стихотворении расположил кирэдзи на 12-м слоге, т.е. в конце второй строчки. Таким образом, после строчек «На мертвой ветке» и «Чернеет ворон» образовалась логическая пауза, после которой последовала финальная третья строка «Осенний вечер».

Масаока Сики в ранее приведенном нами трехстишии поместил кирэдзи на 5-м слоге в конце первой строчки «Мой палисадник». И только потом развил мысль второй и третьей строчками «Здесь впервые сегодня расцвел» и «Цветок пиона».

Впрочем, правило «17 слогов» или правило «5:7:5» соблюдается не всегда. Даже у теоретика стиля Мацуо Басе можно увидеть в хокку примеры отступления от правила. Возьмем вот такое трехстишие:

В небе такая луна,

Словно дерево спилено под корень…

Белеет свежий срез.

Короткий подсчет подсказывает, что здесь нарушено не только правило расположения слогов «5:7:5», но и само количество слогов больше, чем 17. Так, 24 слога трехстишия распределяются построчно в соотношении «7:11:6». Таким образом, принцип «слогового равновесия» первой и третьей строки тоже нарушен.

Самые бдительные читатели наверняка уже готовы предположить, что тут, возможно, дело в переводе на русский язык. Разумеется, перевод зачастую искажает первоначальную структуру хокку. Однако можете поверить, если не нам, то литературоведу Ричарду Медхарсту, что в оригинальном хокку тоже встречаются отступления от правил, причем достаточно часто .

Показательно, что отступления от правил обрели настолько массовый характер, что со временем стали источником нового правила. Так, избыток слогов взяли за правило называть термином «дзиамари», а меньшее, чем 17, количество слогов обозначают термином «дзитарадзу». При переводе на английский чаще происходит дзитарадзу, т.е. в переводном варианте остается меньше слогов . А при переводе на русский язык обычно слогов оказывается больше, чем в оригинале.

Зачем, в таком случае, нужна структура и правила построения хайку? Затем, что правило «5:7:5» в оригинальной японской поэзии чаще соблюдается, чем не соблюдается. И именно в этой конструкции с учетом особенностей японского языка проще всего расположить кирэдзи («режущее слово»). Собственно, это и придает непривычным нашему слуху трехстишиям яркость, звучность и притягательность, которая заставляет вновь и вновь вчитываться в эти замечательные строки.

А еще в хайку привлекают вечные, как мир, темы, которые затрагивают авторы со времен Средневековья и до наших дней.

Освобождение от схемы 5-7-5

Одни художники стремятся устанавливать и соблюдать правила и условности, другие же предпочитают их нарушать. Это справедливо и для мира хайку. Если стандарт подразумевает использование структуры 5-7-5, сезонных слов и противопоставления через «режущие слова», то на протяжении многих лет находились новаторы, которые подвергали сомнению или игнорировали эти правила.

Сам термин «хайку» был создан только в 1892 году поэтом Сики, но более ранние произведения в жанре хокку, создававшиеся Басё и другими поэтами, достаточно похожи на хайку, чтобы их тоже называли сейчас этим словом. Хокку происходит от первой части более длинных стихотворений, которая постепенно обрела собственную независимую жизнь.

С появлением нового термина множество экспериментаторов принялось испытывать на прочность границы жанра, создавая хайку без «режущих слов» или маркеров времени года. Существует мнение, что хайку без сезонного слова следует относить к сэнрю – другому, юмористическому жанру поэзии в форме 5-7-5, который сложился в XVIII веке. Однако такой подход не учитывает существования муки (внесезонных) хайку, которые сохраняют общее настроение хайку, но не нуждаются в указании времени года.

Даже сама структура 5-7-5 подверглась пересмотру. Этот формат традиционно допускал некоторые изменения, называемые дзиамари (избыток букв) и дзитарадзу (нехватка букв), и многие известные хайку имеют слегка неправильную форму. Однако в следующем стихотворении, которое сочинил Одзаки Хосай (1885-1926), известный своими свободными хайку, идущими вразрез с правилами, осталось всего по три слога в каждой строке. Если говорить о хайку, то не стоит забывать и о существовании таких необычных поэтов и стихов:

Фотография к заголовку предоставлена jasonkao73

Советы по написанию

Джеймс Хэкет, который был одним из самых влиятельных западных сочинителей хокку, считал: в данных трехстишиях передаются ощущения такими, «какие они есть». А именно это и свойственно поэзии Басе, в которой показана непосредственность текущего момента. Хэкет дает следующие советы, следуя которым, можно написать собственное хокку:

• Источником стихотворения должна быть сама жизнь. В них можно и нужно описывать ежедневные события, которые на первый взгляд кажутся обычными.
• При составлении хокку следует созерцать природу в непосредственной близости.
• Необходимо отождествлять самого себя с тем, что описывается в трехстишии.
• Размышлять всегда лучше в одиночестве.
• Лучше использовать простой язык.
• Желательно упомянуть время года.
• Хокку должны быть простыми, ясными.

Хэкет говорил также о том, что всякому, кто хочет создавать красивые хокку, следует помнить о словах Басе: «Хокку – это палец, который указывает на Луну»

Если этот палец будет украшен кольцами, то внимание зрителей будет приковано к этим драгоценностям, а не к небесному светилу. Пальцу не нужны никакие украшения

Иными словами, различные рифмы, метафоры, сравнения и другие литературные приемы лишние в хокку.

Ищите тайну. Недостроенный мост

Когда в хайку сополагаются или контрастируют два понятных образа – с этим всё ясно, мост строится и даёт нам перейти из одного видимого пространства в другое. Но бывают хайку, в которых виден только один берег – тот, с которого всё начинается, на котором стоит один конец моста. Другой же – теряется в загадочной дымке недовысказанного в стихе. Мы можем только почувствовать глубину и манящую красоту бытия сквозь умело созданные междустрочия хайку, разложить же на составляющие неуловимый аромат, витающий вокруг такого стиха, – так просто не удёется, его можно только вдохнуть… Надо очень пристально, нежно и глубоко, почти медитативно внимать миру, природе, своей душе, и тогда, быть может, смотрящему да откроется…

грохочет прибой. девушка с телефоном смотрит на воду Глеб Секретта

Традиционные элементы

Киру и Киреджи

В японском хайку киредзи , или сокращающее слово, обычно появляется в конце одной из трех фраз стиха. Kireji заливок роль аналогична в цезуры в классической западной поэзии или к Вольта в сонетах . В зависимости от того, какое сокращенное слово выбрано и его положение в стихе, оно может ненадолго прервать поток мыслей, предлагая параллель между предыдущими и последующими фразами, или может обеспечить достойный финал, завершив стих с обостренным чувством звучания. закрытие.

Kireji придает структурную поддержку стихотворной, что позволяет ему выступать в качестве самостоятельного стихотворения. Использование киредзи отличает хайку и хокку от второго и последующих стихов рэнку ; которые могут использовать семантическую и синтаксическую дизъюнкцию, вплоть до того, что иногда заканчивают фразу завершающей частью предложения (終 助詞, shūjoshi ) . Однако в рэнку обычно используются киредзи .

В английском языке, поскольку у киредзи нет прямого эквивалента, поэты иногда используют знаки препинания, такие как тире или многоточие, или подразумеваемый разрыв, чтобы создать сопоставление, призванное побудить читателя задуматься о взаимосвязи между двумя частями.

Kireji в «старого пруда» и «ветер горы Фудзи» оба «я» (や). Ни остальной Бас пример , ни пример Исса не содержит kireji хотя они ОБА балансировать фрагмент в первой пятерке на фон фразы в оставшемся 12 на (он не может быть виден из английского перевода Иссы , что первые пять на означает «дождь Эдо»).

На

По сравнению с английским стихом, обычно характеризующимся слоговым , в японском стихе учитываются звуковые единицы, известные как он или мора . Традиционное хайку обычно представляет собой фиксированный стих , состоящий из 17 онов , трех фраз по пять, семь и пять онов соответственно. Среди современных стихов в хайку тэйкэй (定型фиксированная форма) по-прежнему используется шаблон 5-7-5, а в хайку дзиюрицу (自由 律 в свободной форме) нет. Однако один из показывает, что традиционные мастера хайку не всегда ограничивались паттерном 5-7-5. Jiyuritsu отстаивалась за помощью Одживара Сейзенси и его учеников.

Хотя слово « on» иногда переводится как «слог», его истинное значение имеет более тонкие нюансы. Один на Японском подсчитывают в течение короткого слога, два для удлиненной гласной или удвоенных согласного , и один для «N» в конце слога. Таким образом, слово «haibun», хотя считается как два слога в английском языке, считается как четыре на японски (га-я-бу-п); и само слово « on », которое англоговорящие люди рассматривали бы как один слог, состоит из двух on : краткого гласного o и . Это иллюстрируется ниже, который содержит 17 на , но только 15 слогов. И наоборот, некоторые звуки , такие как «кё» (き ょ), могут выглядеть для англоговорящих как два слога, но на самом деле в японском языке это один он (а также один слог).

В 1973 году Общество хайку Америки отметило, что нормой для авторов хайку на английском языке было использование 17 слогов, но они также отметили тенденцию к более коротким хайку. Более короткие хайку гораздо чаще встречаются в английском хайку 21 века. О 12 слогов в английском языке приблизительно продолжительность 17 японцев на .

Киго

Традиционно хайку содержит киго , слово или фразу, которые символизируют или подразумевают сезон стихотворения и взяты из сайдзики , обширного, но предписывающего списка таких слов.

Киго часто имеют форму метонимов и могут быть трудными для тех, кому не хватает японских культурных ссылок. Приведенные включают «кавадзу», «лягушка», подразумевающая весну, и «шигуре», ливневый дождь поздней осенью или ранней зимой. Киго не всегда включается в хайку неяпонского происхождения или в современные японские авторы хайку свободной формы.

Как ирис превратился в лилию

Изящнейший пример использования омонимии можно найти в сборнике новелл «Исэ моногатари», ставшем эталоном изысканной литературы. Он состоит из небольших рассказов, в каждом из которых присутствует танка. На первый взгляд эти пятистишия представляют собой разрозненные эпизоды, но при глубинном изучении выясняется, что перед нами истории из жизни безымянного «кавалера» — придворного аристократа и поэта. В одной из новелл герой вместе с несколькими друзьями отправляется в дорогу и останавливается в заболоченном местечке Яцухаси в провинции Микава, чтобы подкрепиться сушеным рисом.

Кратко о том, чего не стоит делать при написании хайку

1. Не пишите в рифму, она даёт чувство завершённости, а в хайку должна остаться приоткрытая и приглашающая дверь недосказанности.
2. Не пишите назидательно, высокопарно или сентенциозно, не давайте оценок.
3. Не выдумывайте хайку «из головы», не оперируйте невещественным, абстрактным, но делайте предметом хайку окружающий мир и собственный опыт, пусть даже воображаемый.
4. Не пытайтесь назвать чувство или состояние, а лишь покажите их.
5. Не пишите афоризмы, навязывая то единственное представление, которое возникло у вас.
6. Не пишите об иных временах, кроме настоящего, или пишите через призму настоящего – хайку должно создавать ощущение, что события разворачиваются у вас на глазах.
7. Старайтесь избегать явных метафор, сравнений, олицетворений и т.п. Метафора допустима, если равновозможно и метафорическое и буквальное её прочтение.
8. Приём ради приёма делает хайку плоским и лишает непосредственности. Игра слов, графические ухищрения и пр. хороши только в случае их смысловой адекватности – как и в любом художественном тексте.

хлопнула калитка закрываются на ночь лепестки ромашки Этель Янова не везёт этот трамвай в парк Белка к старости столько извилин в мозгу… мысль потерял! Wanja-san

Кулинарная книга поэта-хайдзина

Основные каноны хайку сложились в результате сплава и переосмысления характерных черт тех жанров, к которым эта форма исторически восходит, — лиричных и изысканных танка, рэнга с их неожиданной развязкой и дзен-буддизма, провозглашающего созерцательно-философский взгляд на мир.

1. Ритм 5-7-5 слогов, который почти никогда не сохраняется при переводе, поскольку русские слова обычно длиннее японских.

2. Кирэдзи — «режущее слово», подчеркивающее ритм и разбивающее текст в пропорции 5/12 или 12/5 слогов — в зависимости от того, в какой строке оно стоит — в первой или во второй. Например, в этом качестве может использоваться радостный возглас «я» или задумчиво-протяжное «кана».

3. Киго — «сезонное слово». Их огромное множество, поэтому для хайдзинов выпускают специальные сборники.

Сезонными словами служат названия расцветающих в определенное время растений, животных, обозначения погодных явлений, характерной для этой поры. Например, весной в качестве киго уместно будет использовать образ сакуры, поскольку она цветет в марте-апреле.

4. Хайку — это созерцательное творчество «по случаю», передача сиюминутных мыслей и эмоций. Хотя были и «кабинетные» поэты, считается, что хорошее стихотворение должно быть написано в момент, о котором идет речь.

5. Сопоставление образов, которые «накладываются» друг на друга, из-за чего очень часто возникают неожиданные параллели между двумя на первый взгляд совершенно не связанными явлениями. Например, в хайку Кобаяси Иссы, посвященном статуе Будды в городе Камакура, поэт говорит о «вечном» — огромном изваянии божества — и «преходящем» — крохотной ласточке:

Кажется, что втиснуть всё перечисленное в такую компактную форму практически невозможно. Но вот стихотворение Басё о сосне, которая ждет (или не ждет) зимы:

В переводе Д. Смирнова оно звучит так:

Восклицание ya здесь используется в качестве кирэдзи (переводчик подчеркивает логическую паузу с помощью тире). Моросящий дождь — сезонное слово киго, отсылающее читателя к поздней осени: воображение сразу рисует яркую картинку — сосновый лес, мокрый от холодного дождя.

А благодаря уже знакомым нам омонимам matsu возникает та самая двойственность: сосны то ли ждут, что вот-вот пойдет снег, то ли уже припорошены им. Поэтому в переводе Веры Марковой те же стихи звучат иначе:

А вот «кулинарно-новогоднее» хайку Басё:

Киго mochiyuki — это снег, валящий крупными хлопьями. Но часть mochi также может обозначать «моти» — японские рисовые лепешки, которые обычно готовят на Новый год. Shiraito — еще одно название традиционной «зимней» пищи: это моти, нарезанные или вытянутые в форме длинной толстой лапши. Глядя на снегопад, поэт вспоминает новогоднее лакомство и думает, что скоро хлопья осядут на ветвях ивы, превратив их в белоснежную лапшу сираитомоти.

В качестве кирэдзи выступает слово «кана», которое почти всегда опускается при переводе. В данном случае оно стоит в самом конце стиха, придавая ему внутреннюю завершенность.

И в завершение рассмотрим пример творчества современного поэта-хайдзина — японского профессора-русиста Хидэтакэ Каварадзи — в переводе Анны Семиды, автора проекта Haiku Daily. Хайку представляет собой описание современной картины быта, но с использованием всё тех же классических приемов. Здесь мы находим и киго «сезон дождей», и сиюминутное созерцание мира, и неожиданное сопоставление двух совершенно разных элементов:

История хайку в Японии

Слово «хокку» (яп. 発句, «начальная строфа») первоначально означало начальную строфу другой японской поэтической формы — рэнга (яп. 連歌 рэнга

, «нанизывание строф») — или первую строфу танка. С начала периода Эдо (XVII век) хокку стали существовать и как самостоятельные произведения. Термин «хайку» предложил поэт и критик Масаока Сики в конце XIX века для различения этих форм.

Хайку демократизировала японскую поэзию, освободив поэтическое творчество от свода правил и влияния героического и придворного эпоса. Поскольку хайку были новым явлением, не было ещё никаких канонических школ, и авторы хайку были намного свободнее в своём творческом поиске, чем поэты, писавшие пятистишия. Хайку привлекла в поэзию образованных, как бы «спустив» творчество вниз по социальной лестнице, сделав его доступным тем, кто не входил в высшие сословия. Это была настоящая демократическая революция в искусстве.

В своём становлении хайку прошла несколько этапов. Поэты Аракида Моритакэ (1465—1549) и Ямадзаки Сокан (1465—1553) представляли себе её как миниатюру чисто комического жанра. Заслуга превращения хайку в ведущий лирический жанр принадлежит Мацуо Басё (1644—1694).

С именем поэта и художника Ёса Бусона (1716—1783) связано расширение тематики хайку. Параллельно в XVIII веке развиваются комические миниатюры, выделившиеся в самостоятельный сатирико-юмористический жанр сэнрю (яп. 川柳 сэнрю:

, фамилия популяризатора жанра). В конце XVIII — начале XIX веков Кобаяси Исса ввел в хайку социальные мотивы, демократизировал тематику жанра.

В конце XIX — начале XX веков Масаока Сики приложил к хайку заимствованный из живописи метод сясэй (яп. 写生 сясэй

, «зарисовки с натуры»), способствовавший развитию реализма в жанре хайку.

Сегодня хайку продолжает быть популярным жанром поэзии. В дни празднования Нового года в Японии для привлечения удачи сочиняются хайку, посвящённые первому снегу в новом году или первому сну. Высока популярность образовательных телевизионных программ NHK о хайку.

Буду ждать тебя у сосны

Начиная с самых ранних времен японские стихотворцы охотно использовали омонимию в своих произведениях — в шутку и всерьез. Так, matsu может быть глаголом «ждать» и существительным «сосна», и основанная на таком фонетическом совпадении словесная игра часто встречается в классической поэзии. Упоминая в своих стихах это дерево, их авторы практически всегда вводили в произведение тему ожидания встречи. Вот короткая песня из старейшей поэтической антологии «Манъёсю» (VII–VIII века) в переводе Анны Глускиной, где используется такой прием:

Японская поэтесса использовала слово matsu один раз, но в обоих упомянутых значениях одновременно, а русской переводчице для передачи смысла, заключенного в нем, потребовалось две строки.

В очень похожей песне из того же сборника девушке о возлюбленном напоминает сосна, которую они по традиции посадили вместе:

Стихотворения хокку: примеры для детей

Нередко школьники получают на дом задание выучить или составить хокку. Эти короткие стихотворения легко читать и быстро запомнить. Это демонстрирует следующий пример хокку (2 класс – слишком раннее время, чтобы проходить японскую поэзию, однако в случае необходимости школьники могут обратиться к данному трехстишию):

Солнце заходит, И паутинки тоже В сумраке тают…

Автор этого лаконичного стихотворения – Басе. Несмотря на емкость трехстишия, читатель должен подключить воображение и частично принять участие в творческой работе японского поэта. Следующее хокку также написано Басе. В нем поэт изображает беззаботную жизнь маленькой птички:

В лугах привольных Заливается песней жаворонок Без трудов и забот…

Из истории хайку

Этот жанр японской поэзии зародился в далеком 14 столетии внутри другого распространенного в те времена в Японии жанра вака, что можно перевести как «японская песнь». Вака, в свою очередь, подразделялся на такие виды, как краткие и длинные поэтические послания (танка – краткие, тека – длинные).

Новый жанр стал продолжением и развитием, если можно так сказать, «краткой песни» и изначально носил название «хокку». Огромный вклад в развитие жанра внес своим творчеством японский поэт и теоретик Мацуо Басе (1644-1694, фамилия читается как «Басьо»), который придал стихотворным формам отточенность и элегантность:

Он буквально взорвал мир японской поэзии, написав в 1681 году необычное по меркам 17 столетия трехстишие:

На мертвой ветке

Чернеет ворон…

Осенний вечер…

Как отмечает кандидат филологических наук и специалист по японской литературе профессор Елена Дьяконова, это лишь один из вариантов, как можно перевести этот хокку Басе на русский язык . Данный литературный перевод, предложенный русским поэтом и переводчиком Константином Бальмонтом, в любом случае, не совпадает с дословным, потому что дословно этот хокку Басе переводится как «На сухой ветке Ворон сидит… Осенние сумерки». Как видите, не впечатляет, однако в японской поэтической традиции много чего принято не описывать, а подразумевать так, чтобы об этом читатели догадались сами.

Так или иначе, но предложенные Мацуо Басе каноны хокку оставались незыблемыми вплоть до конца 19 века. К концу 19 столетия назрела необходимость обновления жанра и традиционной поэзии в целом. На волне обновления, которую поднял в поэтическом сообществе японский поэт и литературный критик Масаока Сики (1867-1902), появилось новое название жанра «хайку», которое он же и предложил. Название «хайку» прижилось и используется по сей день, а поэт, отдавший предпочтение данному жанру, именуется хайдзин:

Какие перемены постигли жанр, помимо изменения названия? Масаока Сики сделал его ближе к реализму, внедрив в поэзию разработанный им литературный метод сясэй, что можно перевести как «зарисовки с натуры». В хайку в большей степени принято описывать, а не подразумевать, что сделало жанр менее загадочным, но более понятным массовому читателю, в том числе западному. В качестве примера можно привести следующее трехстишие Сики:

Мой палисадник…

Здесь впервые сегодня расцвел

Цветок пиона…

Как и Мацуо Басе, Сики тоже любил писать о природе, однако интриги, как мы можем видеть, нет никакой. Что, впрочем, не умаляет красоты трехстишия. С начала 20 века обновленные японские хокку стали активно переводить на различные европейские языки, благодаря чему японская поэзия стала более известна за пределами страны и превратила хокку в стихи для широких народных масс.

К слову, трехстрочный формат записи появился именно после того, как японские стихи хокку начали переводить на европейские языки. В традиционном варианте хокку записываются иероглифами в столбик сверху вниз. Сегодня в Японии распространен и современный вариант записи по горизонтали в одну строчку.

В западной культуре тоже предпринимались попытки позаимствовать японскую традицию записи хайку в одну строчку. Так, Хироаки Сато, переводивший хайку на английский язык, считал логичным писать перевод в одну строчку, как и оригинальные стихи. Идея не прижилась, да и сам Сато более известен не как переводчик или теоретик литературы, а как автор произведения «Самураи. Подлинные истории и легенды» .

Еще дальше в своих идеях пошел канадский поэт и теоретик Кларенс Мацуо-Аллар, полагавший, что и оригинальные хайку на английском должны быть записаны в одну строчку. Эта идея тоже оказалась избыточно радикальной для англоязычных авторов и не получила развития.

Показательно, что в русской литературной традиции хайку всегда писали в три строчки, и особых поползновений в сторону изменения сложившейся традиции не было. Это притом, что для русского человека моностихи без разделения на строки вполне привычны. Достаточно вспомнить поэта Владимира Вишневского и его одностишия «Одеться бы уж раз и навсегда»,

«Все реже говорится «Вот и славно», «Нет времени на медленные танцы» и другие.

К тематике хайку мы еще вернемся, а пока поговорим про литературные особенности жанра.